Алёна всецело пропитана счастьем
победы. Подруга Бритого справедливо считает свою роль не последней. Чувства
кипят, ноги пускаются вскачь вокруг Роя, переживания дарятся окружающим.
Догоняет Пашу, ласковый шепот залетает в ухо, веселый смех раздается в ответ и
девушка бежит дальше. Искать новых слушателей.
Действительно красивая девчонка,
кроме прочих достоинств, обладает оригинальным носом. В целом обычная,
очаровательная курносость, но нижняя часть - маленькая канавка идущая от губы
до кончика. Это не портит, наоборот добавляет миловидности лицу.
Отношения Бритого с Алёной,
складываются интересно. Встречаются более года, свободой нравов бравируют,
связь выставляют напоказ. Свободные минутыиспользуют для нежных объятий, укромные уголки уединяют парочку, звуки поцелуев
приносятся из темноты. Неопытные приятели завидуют Павлу, гордость заставляет
распухать, советы раздаются с видом умудренного гуру. Такие уроки собирают
солидную толпу, рты ротозеев широко открыты, опыт перетекает в уши учеников.
Но есть тайна… Надежно сокрытая от
друзей, спрятанная в умах влюблённых. И Бритый, и Алена - самые настоящие
девственники. Попытки порвать с «девичеством» осуществляются постоянно,
перезрелое решение ищет обоюдно приятного воплощения, но в ответственный момент
Алёне становится больно и Бритый отступает. Нет сил причинить страдание
любимой. Девушка даёт слово терпеть, почти свершает задуманное, но в страшный
момент Паша снова слышит вопль отказа. Так возникает договор: до того как «в самом
деле», говорить, что «всё уже»…
Ройцы потихоньку расходятся.
Торопятся на репетиции - музыка требует внимания. Свободные идут послушать или
ползут по домам - прикончить запас перекиси водорода. У Бритого с Мартыном
репетиции нет, время дарит волю, и Павел с Алёной отправляются побродить по городу.
- Ты откуда взяла про Синюю Любку?
Судя по злости - точно в цель!
- Рассказали вчера. Я не верила, так ляпнула на всякий
случай.
- Да уж…Спасибо, от лишнего удара спасла, - Бритый
улыбается и нежно обнимает девушку.
Неторопливо перемещаются по Центральному
проспекту – основной улице, солнце окончательно проваливается за дома, перед
гуляющими вырастают спаренные башни. Большие строения - начало дальнего
квартала. За ними, вдоль проспекта, тянется девятиэтажка; две похожих высотки
усекают её бег; лента следующего дома начинается от них. Так повторяется четыре
раза. Четыре совершенно одинаковых раза. За каждым длинным строением – два
покороче. Перпендикулярные проспекту пятиэтажки ограничивают кварталы. Детские
сады, школы, коробки и магазины, находят место среди жилых массивов.
В Зеленограде редкие улицы имеют
названия. Основная масса – безымянна, есть только уникальные номера домов.
Нужно прожить годы, что бы научиться отличать собственное жилище от чужого.
Приезжие бродят в поисках нужного адреса часами, нервы лопаются, а один и тот
же дом постоянно маячит впереди. Они идут дальше, земля крутится под ногами, но
вдруг – БАЦ! – снова знакомое строение! Разворачиваются обратно, ноги в ужасе
бегут из заколдованного района, и тут - ОПА! – опять эта девятиэтажечка! Не верящие
могут приехать и побродите по четвертому микрорайону.
На цокольном этаже башни находится
«Детский мир».
- Зайдём в магазин?
- Зачем?
- Пойдём, пойдем, увидишь!
- Я не хочу, Паш… Давай на воздухе
побудем.
- Нет, пошли.
- Хорошо… - не желая спорить,
вздыхает девушка.
Алена любит подарки, женское сердце
открыто маленьким радостям, но мечты не желают гнездиться в «Детском мире».
Бижутерия, одежда, обувь, но только не игрушка. Практичная маленькая тётя
считает, что выросла, неудачи в интимной жизни – временная помеха. Знак
внимания, тем более от любимого мужчины, представляется предметом нужным. Набор
кастрюль, к примеру, воспринялся бы ликуя. Мысль о предстоящем презенте заранее
разочаровывает, настроение портится. Никакой мишка, кукла и тем более зайка не
придавит зарождающуюся хозяйку. Хочется стать взрослой.
Пройдут годы и многим захочется
казаться моложе. Килограммы косметики лягут на лицо, деньги тоннами останутся в
салонах красоты, намек на молодость станет повергать даму в эйфорию. Но в
шестнадцать лет куклы и зайки перестают радовать.
В чем-то Павел действительно остаётся
ребенком, но в целом взрослее многих. Отец вкладывает в воспитание отпрыска
непомерное количество дисциплины, строгость вытягивает из пацана потенциального
солдата, понятие счастливого детства истерлось лет в десять. Не прочувствовав
собственного отрочества, желания заставляют дарить его близкому человеку. Вагон
с картошкой разгружен, мозоли расползлись по ладоням, деньги на презент уложены
в потрепанный кошелек. Такая жертва приятна Бритому, но абсолютно не понятна Алене.
Сегодня девушка получила в подарок
жирафа. Препротивного, надо сказать, зверька. Над мордой висят мерзкие
маленькие рожки, пятна походят на кляксы, лапы, короткие и толстые,
разъезжаются при попытке заставить мутанта стоять. Жираф напоминает тупорылого
козлика, заевшего кефир помидором.
Девушка осознает, что большего не
получить, тряпочное чудовище прижимается к груди, голова благодарно ложиться на
плечо Бритого. Ребята следуют по проспекту. Аленина квартира, покинутая на
вечер сердобольной мамой, манит очередной попыткой. Пиво подогрело настроение,
козлоподобный жираф создал «романтику», созрели мысли попытаться повзрослеть.
Бритый бережно укладывает девчонку на
диван, подбородок поднимается, губы открываются друг другу. Трясущиеся руки
лезут под кофту, молодая грудь выпрыгивает из тесноты лифчика и падает в
приготовленную ладонь. Неуверенные пальцы побеждают молнию юбки, Алена
выползает из одежды, Паша наслаждается видом вожделенного тела. Он идет к цели прямо,
бездумно. Толкает бедра вперед, Алена поддается навстречу, и когда две плоти
сходятся, нестерпимая боль заставляет оттолкнуть парня.
- Неееет, не надо, прошу тебя! Я не
могу!
Бритый останавливается. Холодный душ
вместо удовольствия привычен. Алёна садится на диван, светло - салатовая рубашка
Бритого используется как покрывало, разочарование слезами вытекает на грудь.
