Рябой нагибается, руки
вцепляются в моток проволоки, пальцы пытаются размотать сцепку. Ровный черенок,
кокетливо виляя полированным боком, наносит удар в глаз. Что-то негромко
хлюпает, пищит, и на изъеденную щеку вытекает густая, красная жижа. Лишившись
здорового глаза, Рябой воет, но шок не обездвиживает, а, наоборот, придаёт сил.
Позволяет временно не замечать увечье. Вторая дубинка разгоняется поэтом, жалит
нападающего в лоб, и молниеносно испаряется. Ретирующегося Смуглого зацепляет
ещё пара ударов.
- Прям в лузу! – гогочет
Бритый.
Раненный спускается вниз.
Бесполезные попытки разобрать заграждение оставляются, следующий нападающий
бросается в проход. Боком вступает в проём, голова показывается со стороны
ройцев, кулаки близнецов одновременно врезаются в лицо. Узкий проход не
позволяет поднять руки, защита, а тем более нападение - невозможны. Ускоренный
спаренным ударом, Смуглый летит по лестнице, несколько подельников пытающихся остановить
приятеля, отправляются следом.
Неудача озлобляет, чужие
ошибки не учат, очередной Смуглый, расталкивая приятелей, бросается в щель. Близнецы
замахиваются, кулаки со свистом летят вперед, но удары приходятся по воздуху – враг
уже катится вниз, сшибая поднимающихся приятелей. Близнецы недоумевают, оглядываются.
Позади стоит Жанна. Лицо перекошено злобой, руки сжимают здоровенную швабру.
-Козёл!
– комментирует девушка последний полёт.
-Ого!
– смеётся Антип, - А девушка не промах!
-Следующий!
– призывает Семён, но в очереди из желающих нет.
Нападающие толпятся под лестницей,
не решаясь подняться. Для совещания сбиваются в кучку, минуту-другую тихо
шепчутся, после чего четверо выбегают на улицу. Вскорости возвращаются. За
шкирки транспортируются Долговязые. Смуглые руки попарно удерживают за
воротники, ноги жертв несуразно сучат по полу, хрипы вылетают из сдавленных
одеждой шей.
Бросают
на пол. Скрюченные страхом тела грохаются под ноги взрослого мужчины. Суровое
лицо, надменность взгляда, солидный возраст выдают старшего среди Смуглых. Пятидесятилетнее
лицо испещрено крупными морщинами, задубевшая кожа указывает на пережитые
трудности, скулящие щенки рассматриваются с брезгливым пренебрежением. Палец
молча указывает на Рябого, потом наверх.
Лишенный
глаза кивает, Долговязый за волосы ставится на ноги и пропихивается на
лестницу. Косясь здоровой половиной лица, Рябой резко выхватывает нож, сталь
прижимается к шее «пленного», тонкий порез алеет струйкой крови. Чувствуя
пугающую теплоту, заложник дрожит, сопротивление не оказывается, трясущиеся
ноги с трудом удерживают тело.
-Стой
тихо, - шипит Рябой, - Прирежу! А ты, встать, - взмах головы в сторону второго,
- Пойдёшь впереди.
Полусогнутые ноги
начинают восхождение, прикрытый заложником одноглазый, шествует следом. На
верхних ступенях первый почти ползёт, второго тащит волоком. Сил справиться с
обоими не хватает, показывать слабость, призывая на помощь Рябому не хочется. Сильный
пинок отправляет впередиидущего в проём. Долговязый мягко входит в баррикаду. Пара
профилактических тумаков приземляется на голову, толстые пальцы близнецов
впиваются в одежду,«подарок» затаскивается
внутрь.
-Выкиньте
эту шваль обратно! – злобно орёт Антип.
-Нет!
– останавливает Мартын, - Пусть остается! Запрём в одной из комнат.
-Эй,
москали! – кричит из-за спины заложника Рябой, - Ещё раз предлагаю поменять баб
на парня!
-Перетопчешься!
– отвечает за всех Бритый.
-Тогда
я его прирежу.
-Режь!
– разрешает Антип.
-Стой,
- кричит Мартын, - Нам надо подумать.
-Думай,
старый знакомый, думай. Тебе по жизни вообще надо больше думать! Да и глаз мой
получше рассмотри. Пригодится. У вас есть минута!
Мартын, Бритый и Антип
отошли на несколько шагов назад, близнецы остаются присматривать за врагами.
-Не
знаю, что тебе сделали Долговязые, Антип, - начинает Мартын, - но они его и
вправду прирежут.
-Пусть
режут! Плевать на них!
-Давай
в двух словах, что они тебе сделали?
-Мне
ничего, но они напрямую связаны со смертью Макса!
-Что?!!
– Мартын приседает от удивления, - Прыщавого? Каким боком?
Антип желает ответить. Он
не единожды пытался донести информацию, но обстоятельства пресекали поэта. Созревшее
сообщение так и висит в памяти не собранным. Наконец-то он может рассказать,
рот открывается, слова готовы сложиться во ыразу, но визг тормозов под балконом
снова пресекает попытку.
Ройцы бросаются на
веранду. На улице спасительной канарейкой сияет милицейская машина. Два
человека в форме пересекают руины ворот, взволнованный ЖФ сопровождает
сотрудников, третий милиционер остаётся за рулем. Женька замечает друзей,
радостное приветствие громыхает с балкона.
- Мы забаррикадировались
на втором. Они все внизу, - докладом чеканит Антип.
- Иду, - кричит ЖФ, и
первым вбегает в дом.
За дверью Женька оказывается
окруженным. Смуглые плотно обступают парня. О прибытии милиции не догадываются,
новый заложник увеличивает шансы на успех, довольная улыбка Босса приветствует
неожиданный подарок.
Рябой оглядывается на
шум, внимание на мгновение ослабевает, Пеликан выскакивает из укрытия и сильно
бьет в смуглое лицо. Семен хватает заложника, втаскивает внутрь. Следом
исчезает Пеликан. Одноглазый совершает очередной полет, Долговязого запирают с
товарищем.
- И что здесь происходит?
– громко гаркает вошедший милиционеров.
Вид формы смущает
нападавших. Рябой поднимается, вопросительный взгляд переводится на Босса.
Смуглый начальник тихо ругается,подопечные раздвигаются руками, к милиции выходит со спокойным
выражением лица. Жест призывает смолкнуть. Смуглые подчиняются, окружив милиционеров.
- Ничего не происходит, -
мягко проговаривает Босс, - Вот в гости приехали.
- Никто не звал вас в
гости! – громко кричит сверху Антип, - Это дом моей бабушки! Эти люди взломали
ворота, дверь и требуют, что б мы отдали им находящихся с нами девушек.
- Это правда? –
милиционер поворачивается к Боссу.
- Конечно нет. Ребята
ошибаются. Это скорее их можно обвинить в покушении на девушек. Избили их,
теперь заперли у себя.
- Ты там, что совсем
рехнулся? – взрывается Бритый, - Мы избили? Сейчас я их позову – они расскажут.
- Девушки пострадали, -
продолжает мягко петь Босс на ухо милиционеру, - Они сейчас в шоке, могут и не
того наговорить. Не надо слушать пацанов, мы же с вами взрослые люди.
Бесспорная чушь тихо
заливается в милицейские уши, ошарашенный сотрудник плавно берется под руку и
медленно выводится на крыльцо. Из кармана босса неторопливо извлекается толстая
пачку купюр, внушительная часть отделяется, форменные руки принимают дар. Глаза
быстро пробегают по банкнотам, примерная сумма высчитывается в голове, деньги тонут во внутреннем кармане кителя.
- У нас сигнал, - так же
плавно, но твердо произносит он, - Мы обязаны реагировать.
- Так реагируйте, кто же против,
- уже не так спокойно выдавливает Босс, передавая оставшуюся пачку, - Но не
сейчас, а через пару часов.
Новая порция купюр растворяется
в кармане. Стараясь не смотреть на ЖФ, милиционер обращается к коллеге:
- Нам необходимо
подкрепление. Сейчас уезжаем, вернемся через час. Через час, - повторяет он и
спускается с крыльца.
- Стойте! – испуганно
кричит Женька, - Вы куда? Они же нас переубивают!
- Ну, до этого, думаю, не
дойдет, - на ходу заявляет мент, - А мы скоро вернемся с подкреплением!
Вопли ЖФ игнорируются,
яростные проклятия с балкона не замечаются, машина взвизгивает мотором и исчезает
в пыли. Женька остается брошенным в гуще неприятностей, испуг прижимает к полу.
Подобного страха парень не испытывал никогда. Он ни трясется, ни дрожит, стоит
неподвижно, окаменев от паники. Присутствующие перевоплощаются в неясные
призраки. Тени зачем-то хватают его, зачем-то тащат к лестнице…
- Слышали, у нас час, -
проговаривает одна тень остальным, - Поставьте так, что б остальные видели.
- Стойте вы! – пробивается
из неизвестности голос Антипа, - Что вы хотите?
- Да, в принципе все тоже!
– заявил одноглазый, - Девок и Мартына. Получите пацана обратно. На обмен.
- Троих на одного, -
подаёт голос Мартын, - Нежирно?
- А условия тут я ставлю!
– Рябой с разворота врезает Женьке в живот. От удара тело содрогается, но боли
нет. Ничего нет. Только тени.
- Стой, умник. На что
тебе бабы? Давай я один выйду, а ты Женьку отпустишь!
- В принципе, я не
против.
- Что значит, ты не
против? – на плечо Рябому опускается рука подельника, - Ты кто такой, что бы
быть против или за?!! Не знаю, что за Мартын такой, но лично мне бабы нужны.
Рябой чертыхается. Личная
месть затрудняется общественными преградами. Баб им подавай! Мало им на улице
девок. Спорить с приятелями глупо, Одноглазый вынужден смириться:
- Слышал, что люди
говорят? – кричит он Мартыну, - Не пойдёт такой обмен. Нам надо и тебя и баб!
- Можно только баб, - заявляет
смуглый спорщик, снова заставляя Рябого выругаться.
- Дайте нам минуту.
- Время пошло!
Ройцы выходят на балкон,
Пеликан остаётся следить за происходящим. Нужно придумать срочное, радикальное
решение, как не пойти на поводу у Смуглых. Нельзя отдавать ни женщин, ни Мартына
– это не обсуждается, но и Женьку необходимо вытаскивать. Выскочить и сразиться
– решение глупое. Противник в разы сильней, проигрыш предопределен, но другого выхода
нет. Что это даст? Изуродуют лица, новые шрамы расползутся по телам, жизнь
окажется под угрозой. Это точно. А чем поможет? Ничем! Если не случится чудо.
- Через час менты
приедут! Надо время протянуть, - предлагает Бритый.
- Никто к тебе не
приедет, - отмахивается Антип, - Думаешь они просто так уехали, бросив Женьку?
Подкрепление можно и по рации вызвать! Купили их. А если даже и появятся, то их
снова купят.
- Что мы ещё можем? – спрашивает
Мартын, - Какие предложения?
- Надо выходить и
прорываться! – заявляет Семён.
- А если с балкона
прыгнуть и на помощь позвать? – Бритый смотрит вниз и недовольно ежится,
представляя полет.
- Если ноги не сломаешь,
- заявляет поэт, - то Смуглые внизу поймают. Если и не поймают, то к кому ты
побежишь? Какая здесь помощь? От кого?
- Надо выходить, - повторяет
Семён.
- Надо! – обреченно
подтверждает Фёдор.
- Пошли! – соглашается
Антип.
- Давайте ментов
дождемся, - не унимается Павел, - там по месту разберемся.
- Да, что ты одно и тоже
повторяешь? – злится поэт, - Женьку прибьют, пока они доедут.
- А выйдем – всех
прибьют!
- Прибьют, да не сразу, -
злобно бурчит Семён.
- Правильно! –
поддерживает Анти-поэт, - Пока будут с нами возиться – на Женьку напряг
ослабят, а там может и менты прибудут, с их сомнительной помощью.
- Подождите, - перебивает
Бритый, - Давайте хоть Долговязых позовём? Здесь их все равно убьют.
- Твою мать… - хватается
за голову Мартын.
- Что?
- Что?!! Про баб мы
забыли? Они как вырвутся?
- Встанем кругом, они
внутри. Пусть палки возьмут, может чем и помогут, – предлагает Семён.
- Круг? Ты подумай как мы
будем выходить через узкий проход? По одному! Там нас и переловят.
- Значит надо разобрать
баррикаду!
- Логично… - произносит
Мартын, - А вот баб можно и с балкона прыгнуть заставить. Когда внизу начнется
свара, пусть сигают!
- Так, Антип, давай дуй к
девчонкам, объясни как поступать, - заговорил Павел, - а я к Долговязым,
попробую уговорить подраться.
- ДА, НЕЛЬЗЯ ИХ
ПРИВЛЕКАТЬ! – взрывается Антип.
- Да, почему? - недоумевает
Бритый, - Четыре дополнительные руки, блин!
- Да они…
- Женьку бьют! – раздаётся
громкий крик Пеликана.
Двое Смуглых распяли ЖФ
на руках. Молчаливый, словно кукла, парень содрогается под ударами Рябого. Несуществующий
глаз бьющего перевязан грязной тряпкой, по лицу размазана спекшаяся кровь, кулаки
поочередно врезаются в лицо и живот. Женька не выдает даже стона, голова летает
по сторонам, красные брызги приземляются на Смуглых. Мужественность восхищает,
подгоняя с принятием решения.
- Ты, что охренел? – вопит
Бритый, -Мы же договорились!
- Долго думаете! – парирует
Одноглазый, останавливаясь, - Стало скучно! Чего решили?
- Решили выйти и высосать
тебе последний глаз! – громко отзывается Семён.
- Что ж, не плохо! –
смеётся Рябой, - Идите, мы ждем!
- Мы выйдем, это точно! Дай
нам несколько минут разобрать эти железки, – кричит Бритый.
- Расскажи ещё, что мы
баб хотим с балкона отправить, - шипит Антип.
- Нет времени! Выходите
так!
- Отпусти Женьку, и мы
сразу выйдем.
- Ага, сейчас. Именно так
и поступлю! Очень забавное предложение! - закатывается Рябой, - Выходите! А
пока…
Избиение ЖФ
возобновляется. Теперь удары попадают в голову, но Женька молчит, терпит. Шатается,
стоит лишь благодаря смуглой поддержки, но не произносит ни звука.
- Суйте палки через
баррикаду, - кричит Семён, - Бейте если подойдут! Мы с Пеликаном выходим. Вы
следом!
- Пошли, пошли!
Узкий проход с трудом пропускает
здоровяков. На проволоке остаются куски одежды. Пеликан первым вырывается на
лестницу, кулаки выставлены вперед, таран врезается в противников, опрокидывая с
лестницы. Семён дублирует действия брата, образовав внизу клубок тел. Следом выскакивают
остальные.
- Ну, вот и хозяева, -
смеётся Рябой, прекращая избиение, - а то гости загрустили.
- Какая же ты мразь! –
выкрикивает взбешенный Семён, сбегая вниз.
Пеликан торопится за
близнецом. Подняв черенки, за здоровяком устремляются Мартын, Антип и Бритый. Огромные
братья занимают неширокую лестницу, гигантские кулаки падают сверху вниз, Смуглые
по одному съезжают на пол. Ни Фёдор, ни Павел с Анти-поэтом не могут применить
дубин. Лишь бегут следом, со злостью рассекая воздух. Остаётся несколько
ступеней, выигрышные условия заканчиваются, открытое пространство позволит
захлестнуть ройцев.
Лестница иссякает. Холл
кишит врагами. Близнецы вязнут в сгустившейся толпе, Мартына окружают следующим,
Бритого с поэтом накрывают последними. Черенки не помогают, плотный натиск не
дает замахнуться, палки путаются, превращаясь в обузу. Фёдор разжимает пальцы,
деревяшка выскальзывает под ноги. Бритый выталкивает вверх, пытаясь хоть так задеть
неприятеля. Антип тычет по ногам, несколько глупых ссадин становятся результатом,
но слабые руки теряют орудие. Нелепые попытки бить лбами проваливаются, ройцы
по одному исчезают под ногами Смуглых. Поток смыкается, добивая жертв.
Последним тонет Семён.
Налитые кровью глаза больше не находят брата, сознание выбивается удачным ударом,
тело исчезает в избивающем море. Потеря реальности расслабляет, боль отступает,
происходящее становится несущественным. Наступает облегчение. Эйфория. За
границей нирваны ещё раздаются приглушенные крики, топот легким шепотом
перекатывается по холлу, но ничтожным событиям не отнять приобретенной легкости.
- Всем стоять! – раздаётся
громоподобный бас.
Драка зависает, дверь
влетает внутрь, десять мужчин забегают в комнату. Форменная одежда блестит
пуговицами, перекошенные лица вырисовывают готовность драться. Неужели менты?
- Стоять, я сказал!!!
Расступиться!
Смуглые откатываются к
стене. На грязном полу остаются сжавшиеся тела ройцев. Инстинкт поджал ноги к
груди, руки закрыли головы. В таком положении и лишились чувств. В таком и
лежат теперь в черных лужах крови.
- Проверьте, все живы, -
обращается бас к приятелям.
Живы все! Краска
поочередно наполняет лица, стоны озвучивают возвращение к реальности, жуткая
головная боль выдает присутствие жизни. Последним очухивается Семён.
Потустороннее удовольствие не отпускает, смена блаженства на страдания действительности
происходит с трудом.
- Вы кто? – с трудом
выдавливает Мартын.
- Не узнаешь?
- Я… Вы… Офицеры?!! Вы? –
поднимается Фёдор, - Да как же?..
-Кто
это? – раздается сверху робкий Людкин голос.
-Наши!
– хрипит облегчением Антип.
Смуглые тоже признают
недавних победителей. Перегруппировываются для драки. Полукругом обступают Босса,
закрывая от возможных неприятностей. Руки поднимаются к груди, готовясь
переключить опасное внимание на новых гостей. Военные выстраиваются напротив. Искалеченные
Ройцы подхватывают бесчувственного Женьку, слабые ноги с трудом удерживают
равновесие, но помощь девчонок приходит вовремя – избитые ретируются за баррикаду.
-Ну,
что орлы! – объявляет морпех, - Не усвоили урока? Надо повторить?
-Мы
знакомы? – спрашивает вышедший из «окружения» Босс.
-С
вами нет, но с бойцами вашими сегодня встречались.
-Да
какие же они бойцы, так пацаны. Молодые, да горячие.
-Неужели?
Девчонок насиловать значит выросли, а отвечать за это, молоды? Нет уж, так не
пойдёт!
